Просмотров: 615

Религия и политика в Японии

Культурные конфликты, т.е. конфликты, вызванные разногласиями в убеждениях и ценностных ориентирах, являются сложной для разрешения проблемой и могут оказывать существенное влияние в том числе и на политический процесс. Серьезное их обострение способно привести даже к вооруженным столкновениям. Тем не менее, некоторым странам удается успешно справляться с ними. Примером удачного разрешения культурного конфликта можно считать Японию с ее богатой религиозной традицией, где нашли отражение и местные верования, и буддийские представления, и конфуцианский этический комплекс, а также еще ряд элементов, сосуществующих с ними и выполняющих свои особые функции.

Надо сказать, что уникальная ситуация, сложившаяся в Японии, во многом связана с историко-культурными особенностями японского народа. Территориальная близость к Китаю обусловила значительный объем китайского влияния в японской культуре, однако островное положение страны обеспечило ее некоторую обособленность и свободу действий. Так, для японской истории характерны периоды так называемого «закрытия страны», когда любые контакты с иностранцами, в особенности на государственном уровне были сведены к минимуму. Это позволяло японцам усвоить и переосмыслить накопленный ими путем заимствования опыт, избрать те его компоненты, которые были бы наиболее удобны самому японскому обществу, и внедрить их в систему собственных ценностей. Именно благодаря подобному переосмыслению японцам удалось адаптировать чужие культурные влияния и при этом сохранить культурную самобытность.

Далее мы подробнее рассмотрим данный процесс на примере религиозной ситуации в Японии. История религий Японии представляет собой непрерывные влияния, заимствования и синтез различных религиозных культов и учений, а также их взаимодействие друг с другом и, прежде всего, с автохтонной религиозной традицией, которая получила название «синто» (т.е. «путь богов»). Результат всех этих взаимодействий, в частности, синто-буддийский комплекс рёбусинто (иначе – симбуцу конко), был окончательно сформирован в XVII веке.  Полученный на выходе религиозный синкретизм некоторые ученые определяют, как «национальную религию», которая представляла собой «единство трех учений» (санго: [санкё:] итти), под которыми понимались буддизм, конфуцианство и синто как таковое.

Однако в данном «единстве» можно выделить три степени взаимодействия: симбиоз, который представляет собой сосуществование нескольких религиозных традиций, различных между собой, без их смешивания; эклектику, то есть, сочетание различных религиозных традиций или их элементов, которое, тем не менее, не означает их интеграцию в последовательную систему, обладающую внутренней структурой и логикой; синтез или соединение элементов различных традиций в единое интегрированное целое. При этом, если разделить японскую культуру на так называемую «малую» и «большую традицию» (по методике Р. Редфилда), то окажется, что эти степени взаимодействия были по-разному представлены в данных «традициях».

Так, на уровне «большой традиции» мы чаще всего имеем дело с симбиозом и синтезом. То есть, на данном уровне было возможно как параллельное существование нескольких обособленных культурных традиций, в некоторых случаях зависящих друг от друга лишь функционально, так и сознательное инкорпорирование различных традиций в единое целое.

На уровне «малой традиции» мы чаще сталкиваемся с эклектизмом, то есть с набором верований, культов и магических практик, не сведенных в единую интегрированную систему. Тем не менее, каждое из этих верований играло свою роль в удовлетворении религиозно-магических нужд и потребностей людей. Например, за обеспечение локальной безопасности отвечали клановые или местные божества-покровители, напрямую связанные с синто; похоронные обряды и почитание предков были в ведении семейных или клановых храмов, т.е. в сфере влияния буддизма; для излечения от болезней или спасения от несчастий существовал сюгэндо (эзотерический буддизм). Более того, у каждого ками или будды была своя специализация.

Таким образом, в отличие от большинства обществ, где все религиозно-магические потребности удовлетворяет только одна традиция (христианство, ислам), в Японии многообразию религиозных функций соответствует такое же многообразие религиозных традиций. Это, в частности, обуславливает крайне высокий уровень религиозного синкретизма и является главной особенностью японской религиозности, в наиболее полном виде сложившейся в эпоху Токугава (1603 – 1867).

Далее более подробно остановимся на компонентах сложившегося в Японии религиозно-этического комплекса и их компетенции.

Синтоизм. Синто является национальной религиозной традицией Японии; оно тесно связано с понятием японской культурной идентичности и подчеркивает значение практики по сравнению с мыслью или официальной доктриной. Официального синтоистского богословия, подобного тому, что присутствует во многих других религиях, не существует, как не существует и четко определенного свода моральных правил. Синто глубоко связано с сельскохозяйственным циклом и ощущением святости природного мира. Представления эти находят отражение в поклонении ками и других обрядах.

На уровне «большой традиции» синто представляет собой свод связанных с государством учений и практик, поскольку именно синто было тем инструментом, посредством которого императорская семья смогла обосновать свое право на власть. Миф о происхождении императорской династии, в частности, представленный в Кодзики, отражает тесную связь между императором и ками. На уровне «малой традиции» синто охватывает местные верования, обряды которых соотносились, в частности, с циклом полевых работ и другими сезонными событиями, важными для мелких аграрных сообществ.

shinto_arc

Ритуальные врата тории — традиционный символ синтоизма

Буддизм. Первые достоверные сведения о проникновении буддизма в Японию датируются V веком. Однако данная религиозная традиция стала укореняться значительно позже, поскольку предпосылки к ее усвоению возникли не сразу. Но по мере того, как раннеяпонское государство утрачивало черты родоплеменного союза, а континентальные идеи (прежде всего, пришедшие из Китая и Кореи) стали существенно влиять на облик японского двора, общества, государства, его культуры и идеологии, это вероучение получило свое начальное распространение, причем во многом благодаря прямой поддержке государства. Произошло это в середине VI века.

Разрозненные культы синто, неразработанность понятийного аппарата для описания новых реалий, отсутствие письменной традиции делали синто менее конкурентоспособным. Более того, буддизм обладал и более развитой этической концепцией. Например, синтоизм не связывал посмертную судьбу человека с его прижизненными деяниями (практически в любом случае человек после смерти становился объектом поклонения со стороны своих потомков). Буддизм же привнес данные этические представления, согласно которым посмертный путь каждого человека в рай или ад определяется тем, какие он совершил благодеяния и грехи. В результате этого буддийские похоронные обряды вытеснили синтоистский похоронный комплекс.

Кроме того, различные буддийские школы и течения встречали понимание и поддержку у различных социальных слоев японского общества. Так, классический буддизм, представленный в Японии школами Тэндай и Сингон, пользовался поддержкой аристократии. Дзэн-буддизм (в китайской традиции – чань), проникший в Японию в конце XII века, отвечал интересам окрепшего самурайского сословия. И, наконец, амидаизм (буддизм Чистой Земли) нашел поддержку среди простого народа, поскольку предлагал наиболее простой и доступный в их понимании путь к просветлению.

Тем не менее, даже под сильным влиянием буддизма синтоистские святилища не прекратили своего существования. Синтоистские божества даже стали рассматриваться как воплощения (аватары) будд и бодхисаттв, что часто использовалось даже главами влиятельных военных домов, претендовавших на власть в стране в качестве сёгунов (о свержении императора речи не шло), для обозначения собственной легитимности.

Todaiji18s3200

Тодай-дзи, буддийский храм в Японии в городе Наре

Конфуцианство. Конфуцианство, как и буддизм, было принесено в Японию с материка, однако не обрело такой большой популярности, находясь в тени буддизма. Оно нашло отражение преимущественно в иерархических отношениях, делая акцент на то, что гармоничные отношения в семье являются основой гармонии и процветания государства. Однако подобные положения не были новшеством – конфуцианство лишь «узаконило» то, что в той или иной форме существовало в Японии и до него. Принято считать, что наибольшего расцвета в Японии конфуцианство достигло в эпоху Токугава в уже переработанном виде – учении Чжу Си (именно это учение нередко именуют неоконфуцианством).

Неоконфуцианство, усвоившее некоторые элементы буддизма и даосизма, явило собой попытку правящих кругов в Китае компенсировать известную слабость религиозного содержания предшествующего конфуцианства.  Видоизмененное Чжу Си и превращенное им в интеллектуальную дисциплину, оно проникло в Японию в начале XIII века. Привлекательность данного учения, в частности, для японцев, заключалась, по-видимому, в том, что оно одновременно являлось и духовным, и интеллектуальным: оно было ориентировано на наблюдение за внешним миром и, тем не менее, уделяло немало внимания развитию разума отдельно взятого человека, учитывая духовные аспекты такого развития.

Неоконфуцианские идеи и этические концепции получили поддержку сёгунов Токугава и даже стали составным элементом сформированной ими государственной идеологии, призванной укрепить сложившийся социальный строй и обеспечить стабильность в государстве. Тем не менее, эти идеи не вытеснили ни синтоистских верований, ни буддистских воззрений, а функционировали в виде единой слаженной системы, каждый компонент которой решал определенные задачи по легитимизации существующей власти и «консервации» общественного строя.

Ashikaga_Gakko_Koshibyo

Конфуцианская школа в Асигаке

Все вышеперечисленные религиозные течения продолжают существовать и сосуществовать в современном японском обществе, поскольку уже очень глубоко укоренились в сознании людей. Каждый элемент данной системы занимает свою нишу, выполняет свои функции и уже неотделим от сложившегося религиозно-этического комплекса. Кроме того, постепенно в него были внедрены и элементы европейской культуры, также успешно усвоенные и переработанные японцами. Таким образом, культурный конфликт в японском обществе успешно преодолен посредством сосуществования, переосмысления и использования достижений собственной и иностранных культур.

Литература:

  1. Nosco P. Introduction: Neo-Confucianism and Tokugawa Discourse./Confucianism and Tokugawa Culture. Ed by P. Nosco. Honolulu, Univ. of Hawai’i Press, 1997
  2. Боги, святилища, обряды Японии: Энциклопедия синто / Под ред. И.С. Смирнова. М.: РГГУ, 2010
  3. Дил У. Япония. Средние века и начало Нового времени. М., Вече, 2011
  4. История религии. Т.1. Под ред. И.Н. Яблокова. М., Высшая школа, 2007
  5. История Японии. Т.1. С древнейших времен до 1868 г. М., Институт востоковедения РАН, 1998
  6. Лещенко Н.Ф. Япония в эпоху Токугава. М., Крафт+, 2010
  7. Мещеряков А.Н., Грачев М.В. История древней Японии. М., Наталис, 2010
  8. Синто – путь японских богов. Т. 1. Очерки по истории синто. СПб., Гиперион, 2002
  9. Ушков А. М. Утопическая мысль в странах Востока: традиции и современность. Издательство Московского университета. М., 1982