Просмотров: 477

О новой российской стратегии нацбезопасности

В нынешний период обострения отношений Российской Федерации с США и странами НАТО новая российская стратегия национальной безопасности подчеркивает особую важность развития стратегического партнерства с Китаем. Мы предлагаем вам узнать, что думает по этому поводу китайское экспертное сообщество. Встречайте наш новый перевод!

Фэн Юйцзюнь: Новая российская стратегия нацбезопасности отнюдь не провозглашает холодную войну.
От 6 января 2016
Автор: Фэн Юйцзюнь, Директор НИИ России Китайского института современных международных отношений.

На днях (31 декабря 2015 года -примечание редакции) президент РФ Владимир Путин подписал новый указ о стратегии национальной безопасности РФ. Некоторые СМИ в погоне за рейтингами намеренно драматизировали репортажи, заявив, что «США впервые вошли в перечень основных источников опасности для России», и даже ошибочно указав, что «впервые была подчеркнута необходимость развития отношений с Китаем и Индией». Такая упрощенная интерпретация не только противоречит действительному содержанию указа, но и мешает постепенно выходящему на мировую арену Китаю адекватно оценивать состояние международных отношений.

«Стратегия» — это базовый документ по планированию развития системы государственной безопасности РФ. В 1997 году президентом Ельциным была утверждена «Концепция национальной безопасности» — первый документ подобного рода в России. Затем по необходимости, продиктованной меняющимся положением дел, были последовательно подписаны две новые «Стратегии национальной безопасности» — Путиным в 2000 г и Медведевым в 2009 г.

Общий смысл «Стратегии» 2015 года, в целом, повторяет ее старую редакцию, но оптимистический подход к оценке мирового баланса сил меняется на более категоричный, наряду с пунктом об изменении экономической структуры особо подчеркивается значимость поддержания безопасности; некоторые изменения также внесены в основные задачи и методы защиты национальной безопасности перед лицом опасности, в соответствии с изменениями во внутренних и внешних делах РФ, вызванных кризисом на Украине и конфликтом в Сирии.

Обновленная «Стратегия» еще более резко, чем предыдущая, критикует НАТО, а также упрекает американские методы обороны (размещение противоракетных комплексов, систему быстрого глобального удара и т.п.) в нанесении ущерба стабильности мира и регионов, однако это все же не влияет на направление внешнеполитического курса России. Россия по-прежнему не стремится ухудшать отношения с Западом, надеется «построить честные и взаимовыгодные партнерские отношения с США», «развивать отношения с НАТО на основе равенства». Поэтому можно с уверенностью утверждать, что «Стратегия» вовсе не объявляет «новую холодную войну», а Россия отнюдь не настроена на всестороннее противодействие США, Евросоюзу и НАТО.

Что касается отношений с конкретными странами, то прежде всего в «Стратегии» упоминается Китай. Это означает, что Россия планирует продолжать развивать всестороннее стратегическое партнерство с Китаем, а также видит в нем ключевой фактор поддержания стабильности в мире и регионах. Согласно документу, Россия считает, что особо важное значение имеют отношения привилегированного стратегического партнерства с Индией. Такое внимание к Индии и Китаю, конечно, обусловлено ухудшением отношений с Западом, но нельзя сказать, что «впервые была подчеркнута необходимость развития отношений с Китаем и Индией». В «Стратегии национальной безопасности» 2000 г. четко указано, что «важнейшее направление дипломатических отношений с Азией – это развитие дружеских отношений с основными азиатскими странами, в первую очередь, с Китаем и Индией».

Подобные односторонние суждения касательно новой «Стратегии национальной безопасности» — это результат поверхностной осведомленности китайцев о внешнем мире, в этом отразилась ограниченность взглядов на стратегию традиционных международных отношений и застой мышления. Однако современный мир находится в состоянии стремительной трансформации, когда действующие субъекты становятся все многочисленнее, повестка дня – запутаннее, взаимозависимость усиливается, а конкуренция и сотрудничество существуют одновременно. Это обязывает нас оценивать все вопросы международных отношений с точки зрения трехмерной модели мира, где оси координат – это историческое развитие, сопоставление в международном масштабе и интересы Китая. Необходимо пропускать «полный спектр» сложных международных отношений через «многогранную призму», а иначе упрощенное или одностороннее восприятие какого-либо вопроса может ввести в заблуждение народ и привести к ошибкам в разработке стратегически важных решений.